20:01 

Вечная игра

Название: Отпуск
Автор: НеЛюбопытное созданье
Категория: Слэш
Пейринг: Арно Савиньяк/Валентин Придд
Рейтинг: R
Жанр: Romance, fluff, modern-AU
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: Ни на что не претендую, играюсь :) (Да, сама в шоке, что, наконец-то, доведено до ума. Осознаю, что выкладывать в мае фик про встречу Нового Года - это несколько не ко времени. Но так же осознаю, что обещала его еще зимой, так что тянуть до следующего декабря было бы совсем свинством. В задержке прошу винить реал.)

Традиционно, картинки к фику.
Подарки Габриэле:
- от брата

- от "половинки" брата

Подарки для Ирэны в той же последовательности


Подарки для неведомого науке зверя "полутеща-полусвекровь", она же - любимая мама



Покупка "с намеком" или подготовка к грядущим барбекю

Сувенир для Астрапа

"Кодировочный светильник"

Подарок Арно

Прогулка


Валентин открыл глаза и с удовольствием потянулся. Стрелки на фосфоресцирующем циферблате показывали десять часов утра. Везти Астрапа в пригородный дом Савиньяков предстоит ближе к вечеру. Он чуть скосил глаза и улыбнулся – Арно спал с таким откровенным удовольствием, что это было заметно даже со стороны. Валентин осторожно потянулся к полке над кроватью, куда временно поселил новоприобретенный личный оракул и любимые нефритовые шарики. Спать с Арно – сплошное удовольствие. Рядом можно устраивать хоть военный парад – не проснется. Бравый пожарник с утра способен воспринять только два звука: жуткий звон будильника и лай Астрапа. К остальному он глух.
Спать уже не хотелось, Валентин заложил руки за голову, и в памяти всплыло вчерашнее утро...

Запах свежего какао и горячих круассанов заставил Валентина открыть глаза и взглянуть на часы. Полдевятого утра. Арно в кровати не обнаружился. Любопытно… Первый день отпуска, достаточно бурная ночь – все условия для того, чтобы поспать подольше, а потом еще и не торопиться вылезать из постели, однако одному неугомонному спасателю не спится. Что-то не так.
Умывшись и одевшись, он медленно вошел в кухню. Арно, не оборачиваясь, махнул рукой на звук шагов.
- Доброе утро. Что у нас за катастрофа?
- Я намерен торжественно каяться и на коленях молить о прощении! - патетично провыл Савиньяк.
- Ну что ж, этого шоу я еще не видел. Приступай.
- Кхм… Э-э-э… А вот речь-то я подготовить и не успел. Ладно, тогда так: я проснулся сам, не разбудив тебя, выгулял Астрапа и приготовил завтрак. Видишь, какой я хороший?
- Вижу – это-то и подозрительно. В последний раз такое было... никогда.
- Валентин, прости меня, – Арно смотрел открыто и прямо. – Я не знал, что все выйдет всерьез. А должен был. Да и вообще все эти глупости с вечеринкой, с письмами... Я заигрался.
- Да, слегка, - улыбнулся Валентин. – Но я знаю, что ты этого не хотел. Все в порядке.
Он обнял Арно за плечи и потерся о шею носом, прекрасно понимая, почему так вышло. Сейчас тот растерян и не совсем знает, как себя вести. Всегда уверенный в себе, всегда спокойный, Савиньяк, несмотря на многочисленные романы, в том числе и достаточно серьезные, чувствовал настолько глубоко впервые в жизни. Валентин себе не лгал – самолюбию это изрядно льстило. Сам он тоже впервые привязался так сильно, но достаточно глубокие чувства у него уже бывали. И вспоминать обо всех глупостях, которые он тогда натворил, Валентин не любил.
За вкусным завтраком и ничего не значащими разговорами время пролетело быстро. Так всегда бывает – отдых по-настоящему чувствуется только на второй день, когда вдруг с утра понимаешь, что на самом деле не нужно никуда бежать и ничего делать.
Доев, Арно легко прикоснулся губами к губам и поднялся.
- Ты куда? – Валентин лениво повернул голову.
- Возьму газировки. Будем валяться и смотреть фильмы, так что лучше отнести сразу, чтобы потом не бегать.
Предложение было принято без возражений. Придд встал, чтобы помыть посуду, но его отвлек возглас Олененка.
- Твою мать!
Валентин обернулся. Арно стоял, держась за левую часть лица.
- Что с тобой?
- Запнулся и влетел в холодильник. Кажется, моя кухня решила отомстить мне за тебя, - вдруг рассмеялся Арно. – Поеду в отпуск с фингалом. Надеюсь, в аэропорту не придерутся.
Валентин фыркнул и подошел ближе.
- Не забывай, ты живешь с очень перспективным молодым врачом. Так что никаких синяков. Пошли лечиться.


Придд снова взглянул на Арно. Никаких признаков травмы не наблюдалось. Экстренное лечение помогло.
Валентин достал магический шар, легко его встряхнул и едва не рассмеялся вслух, увидев очередное предсказание: «Гулять. Да, с Астрапом. Да, я гад и садист». Арно предусмотрел все. Почти. Там ведь не сказано «немедленно»? Значит, можно не спешить, хотя сияющее за окном солнце и разоравшиеся птицы ясно давали понять, что погода чудесная. Тем более, Астрап мирно сопит под дверью, а издеваться над животными Валентин не привык – пусть лучше сам проснется.
«Гад и садист» тем временем повернулся к нему лицом, положил руку на живот и улыбнулся во сне. Валентин осторожно погладил растрепанные волосы, второй рукой вернул на полку магический шар, взял нефритовые шарики и начал привычно перекатывать их в ладони. Так думалось лучше. Стоит отдать Арно должное – его игра вышла блестящей. Но любопытно – Олененок хотел просто весело «отомстить» или в полной мере осознавал последствия? Сам Валентин до этой истории даже не предполагал, что умеет ревновать всерьез. Чувства, уже чуть больше года просто пузырившиеся на поверхности, как пена в ванне, стремительно углублялись, переплетались с близкой дружбой, врастали в душу. Приятное тепло растекалось по телу, как от порции хорошего коньяка, когда сначала привкус ощущается во рту, но главное удовольствие от благородного напитка наступает позже, согревая и расслабляя. Время тайных игр закончилось с равным счетом. Теперь пришло время сыграть открыто.
Две предыдущих ночи и вчерашнее утро принесли Валентину массу удовольствия. Ему действительно было хорошо, как никогда прежде. Смущало одно – Арно слишком осторожен. Валентин хорошо понимал, почему. В их первую ночь его тоже затапливали незнакомые прежде волны нежности, казалось, что проще отрезать себе руку, чем причинить Арно малейшую боль. Чувства крепли с каждым часом, и вместе с ними крепло желание заботиться, не причинять боли и неприятностей. Валентин знал, что так бывает в самом начале отношений, когда желание и эмоции туманят разум и избранник кажется хрупким ангелом, на которого страшно даже дышать. И пусть даже этот самый ангел каждый день проводит в огненном аду, спасая людей. Но еще Валентин знал, что следующий этап намного приятнее. Когда не остается места смущению, сдержанности, самоограничению. Когда яростную, безумную и грубую ночь сменяет другая – полная нежности, искренней, а не основанной на страхе обидеть или повредить. Первый этап он проходил со всеми, до второго дошел лишь раз, в старших классах, с Элизабет.
Осталось довести до этого и себя, и Арно. Валентин знал – разговоры не помогут. Эти барьеры нельзя разобрать по кирпичику, их нужно смыть волной, так, чтобы сразу и навсегда. На ум пришла детская игра «горячо-холодно». Только теперь никто не будет ничего прятать. Совсем напротив.
- Я даже боюсь предполагать, что ты затеял, - сонно потянулся проснувшийся Арно. – Судя по скорости, с которой ты перекатываешь шарики, мне грозит, самое меньшее, четвертование. А такую улыбку я видел только у Дракулы, когда он загрыз какого-то несчастного. Имей в виду – я буду защищаться!
Арно демонстративно натянул одеяло на голову и Валентин засмеялся. Пожалуй, сегодня стоит устроить «горячо». Завтра предстоит трудный день – сборы, перелет, размещение в отеле. Может оказаться не до игр. В прежних отношениях Валентин не играл никогда – он терпеть не мог примерять чужие маски, притворяться и лгать. К тому же никогда не знаешь, когда на твою игру обидятся, а то и манипулятором сочтут. Проще было без всего этого. Но Арно... Двадцать лет близкой дружбы гарантировали, что не будет никаких неожиданных серьезных обид, скандалов и оскорблений. А безграничное взаимное доверие открывало очень неожиданные горизонты. Например, как сейчас. Вся прелесть именно в том, что притворяться не придется и минуты. Всего лишь показать то искреннее, чего прежде просто не было, а год назад появилось и рвалось наружу.
Валентин ласково извлек готового к бою Арно из-под одеяла, быстро коснулся губами кончика его носа и зарылся пальцами в растрепанные волосы.
- Люблю.
- Верю, - Арно хитро прищурился. – Но не съезжай с темы. Какую игру ты затеял на этот раз? Я тебя, Заразу, знаю.
- Называется «Дойти до предела», - Валентин снова поцеловал растерянного и сонного Арно.
- В каком смысле? – Арно лениво ответил на поцелуй.
- Во всех.
Как Валентин и предполагал, Арно все понял сразу. Вот теперь стало интересно.
- Тебе предстоит непростая задача. У спасателей прекрасный самоконтроль.
- А у врачей талант находить подход к самым разным людям.
Валентин выбрался из постели и с неохотой оделся. Арно молча наблюдал за ним.
- Кстати, если вдруг тебе надоест вытаскивать людей из огня, смело можешь отправляться в гадатели. Магический шар пока не дал ни одного сбоя.
- С утра выпала прогулка с Астрапом?
- Да.
Валентин натянул свитер, расчесал волосы, собрал в рюкзак прогулочное имущество ретривера, вернулся к кровати, опустился на колени и принялся бездумно водить пальцем по груди Арно. Мгновенно сбившееся чужое дыхание заставило его торжествующе улыбнуться. Оказывается, играть в открытую ничуть не менее увлекательно.
- Рисуешь тайные знаки масонов? – выдохнул Арно.
Валентин ничего не ответил, только потянулся к губам. С прошлой ночи еще не зажили крошечные укусы. Мягкие губы подались навстречу охотно, и Арно сразу же приоткрыл рот, впуская дальше. Медленный, глубокий поцелуй заставил сердце биться сильнее, а в ушах что-то зазвенело.
Наконец, Валентин с огромным трудом заставил себя оторваться от Арно.
- Похоже, я тебя недооценил.
- Если ты думаешь, что это – предел, ты глубоко заблуждаешься, - светски отозвался Валентин, распахнув дверь и цепляя поводок к ошейнику Астрапа. – От нужного результата мы еще крайне далеки. Но я в нас верю.
- Эй! – возмутился Арно. – Куда это ты собрался после такого... Астрап подождет полчаса!
Пес возмущенно тявкнул и потянул Валентина за собой в коридор.
- Как видишь, он не согласен. Но я обещаю принести с прогулки подарок.
- Все-таки я тебя когда-нибудь убью, - сквозь зубы простонал Арно.
Надевая куртку, Валентин подумал, что это слишком жестоко – распалить любовника и оставить в одиночестве на час, а то и дольше. Но, с другой стороны, у Арно появился замечательный повод пофантазировать. Последнюю мысль Валентин не преминул озвучить. Ответом стала вылетевшая из спальни подушка.

- Пожалуйста, семь штук. И побольше сахарной пудры.
Валентин протянул деньги продавщице в лавочке с пончиками. Арно с ума от них сходит. Дай волю – съест сотню за раз.
- Гав?
- Уже идем домой, - отозвался Валентин. – Вот только купим нашему безобразию поесть, и сразу вернемся. Боюсь, если мы явимся без даров, он нас покусает.
- Гав, - скептически выразил свое мнение Астрап и радостно завилял хвостом.
Валентин взял ароматный бумажный пакет, кивнул Астрапу и быстро зашагал к дому. Они гуляли больше часа. Арно, наверное, готов его убить. И съесть на завтрак.
Ну, кто там держит лифт? Пешком подняться было бы в сто раз быстрее. Металлические двери, наконец, разъехались в стороны, и Валентин нажал кнопку с цифрой «7». Интересно, что Арно станет сейчас делать? Кстати... раз уж сегодня разрушение образа ангела он начал с разврата, лучше им же и продолжить. А завтра или послезавтра... будет видно. В игре без заранее намеченного плана тоже есть своя прелесть.
- Гав!
- Астрап, уверяю, если ты прекратишь дергать поводок, я найду ключи значительно быстрее.

Звук льющейся воды заставил Валентина улыбнуться. А это мысль... Их первая ночь начиналась почти так же... Придд быстро отнес ароматный пакет на кухню, вытащил один пончик и вернулся в коридор как раз, когда все стихло.
- Астрап, место, - тихо шепнул он на ухо псу.
Ретривер ласково потерся носом о его плечо и тихо, даже церемонно прошествовал к дивану. Иногда Валентину казалось, что Астрап понимает куда больше, чем они думают.
- Ага, вот теперь тебе деваться некуда, - радостно поприветствовал его Арно с порога ванной. – Готовься к смерти! О, а чем так вкусно пахнет?
Валентин расхохотался.
- Пончиками, - сквозь смех выдавил он и протянул Арно лакомство.
- Шпашибо. Кафнь отменяется, - с набитым ртом смилостивился грозный палач.
Да не за что, Арно. Все только начинается. Дождавшись, когда оголодавшее безобразие дожует последний кусок, Валентин быстро шагнул к нему, толкнул к стене и одним движением сдернул вниз джинсы и белье.
- Что ты...
Валентин с силой прихватил зубами низ живота, прерывая любые вопросы. Молчи. И наслаждайся. Сможем мы переступить собственные запреты, Арно? Утром, при свете, неожиданно, жадно и грубо – сможем?

- Сделать тосты? – Валентин доел последний пончик и отряхнул с рук белую пудру.
- Не надо, - помотал головой донельзя довольный Арно.
Валентин засмеялся. Савиньяк сейчас похож на пончикового Санта-Клауса – сахарная пудра на щеках, кончике носа, в уголках губ и на подбородке. Придд наклонился и медленно собрал посыпку губами, попутно целуя.
- Ну да, иногда я поросенок, - улыбнулся Арно.
- Ты забыл добавить «и горжусь этим», - парировал Валентин и отступил к раковине. – Поскольку сегодня у нас достаточно насыщенная программа, состоящая из осмотра квартиры и визита к твоей матери, я предлагаю ближайший час посвятить крайне необходимому и увлекательному занятию.
Он выдержал театральную паузу, с удовольствием отметив румянец на скулах Арно.
- Нет, не тому, о чем ты подумал. Ты не собрал чемодан.
- Ладно, - голосом ведомого на эшафот буркнул Арно, подошел ближе, потерся носом о шею и тихо прошептал в самое ухо. - Счет один-ноль в твою пользу. Это было... потрясающе.
Арно героически отправился на работу в рудник, то есть, собирать чемодан, а Валентин повернул кран и сполоснул чашки. Он был полностью согласен с Арно. Собственные жадные движения, бешеный темп, глаза в глаза в момент пика, солнце, которое сквозь кухонное окно бесстыдно освещало творившийся разврат... Все это ощущалось чем-то новым и изумительно приятным. Но это лишь первый шаг. И если он хоть что-нибудь знает об Арно, через несколько минут его ожидает ответ.
Валентин вернулся в спальню и с ногами забрался на кровать, безмятежно взирая, как Арно перебрасывает вещи из шкафа в чемодан.
- Когда ты понял? – Арно остановился напротив и посмотрел прямо в глаза.
Валентин сразу понял, о чем он спрашивает. Вот и ожидаемый реванш. Арно решил идти к пределу другой дорогой – откровенностью, обнажением того, о чем говорить труднее всего. И теперь он хочет услышать историю о том, когда и как Валентин понял, что видит в нем не только друга. Ну что ж, вызов принят.
****
Арно покидал в чемодан несколько футболок и рубашек-поло и придирчиво присмотрелся к остальному. Тащить с собой половину гардероба не хотелось – это девчонки пакуют все, что у них есть, независимо от того, едут на пару дней или переезжают. Нужно взять несколько удобных и стильных вещей, чтобы надеть можно было и на прогулку, и в ресторан, и на пляж. Так, слаксы, мокасины и джинсовая рубашка на случай, если станет прохладно. На десять дней вполне достаточно и не придется выслушивать ехидные комментарии Заразы. Не только Придд умеет производить впечатление.
Кстати, о комментариях.
- Ты решил теперь поиграть в молчанку? – поддел он любовника.
- Нет, думаю, с чего начать. Помнишь, ты начал встречаться с Сэнди?
- Сэнди? А, та неформалка с малиновыми волосами? Ты еще удивился, когда узнал, что она состоит в исследовательской группе, изучающей вулканы?
- Да, она. Наверное, она послужила катализатором. Сначала я никак не мог понять, чем она тебя зацепила – при взгляде на нее трудно было заподозрить, что ее IQ несколько выше, чем у лабораторной мыши. Сначала мне казалось, что ты с ней закрутил просто из интереса – девчонок с торчащими дыбом цветными прядями и с татуировками на всех открытых участках тела у тебя еще не было. Я думал, что это роман на пару дней, может, на неделю, но ты стал просто пропадать с ней, даже перенес несколько наших встреч. Наверное, это была обида, и, может, немного, дружеская ревность. Я не мог понять, как ты променял наше общение, нашу дружбу на девицу, с которой можно проводить время только в спальне. А потом ты нас познакомил и я понял, что с ней действительно интересно. Я сам с удовольствием с ней общался, пока однажды не зашел за тобой в кафе и не увидел, как вы оживленно разговариваете о чем-то. Ты смеялся, не сводил с нее взгляда, а потом стал ее целовать. В этот момент мне показалось, что я тебе вовсе не нужен – у тебя была не просто любовница, но и друг, вам было интересно проводить время не только в постели. И вы здорово смотрелись вместе, несмотря на то, что были такими разными – но у вас обоих горели глаза и вы так смотрели друг на друга… Я хотел уйти, но Сэнди меня заметила и окликнула. Мы неплохо провели вечер втроем, а потом я проводил вас до станции подземки, где мы разошлись – ты поехал провожать ее до дома. И тогда я почувствовал, что завидую ей – мне тоже хотелось провести это время с тобой, идти по ночному городу, разговаривая обо всем на свете, обнимаясь и смеясь. Еще несколько подобных встреч – и я понял, что дело не в том, что она претендует на мое место твоего лучшего друга, а в том, что я претендую на ее место в твоей жизни, в твоем сердце и в твоей постели. Поразмыслив, я пришел к выводу, что у меня есть дружба, так что, если я не хочу потерять то, что точно имею, лучше не лезть в твою личную жизнь. А через полтора месяца вы расстались – кстати, ты так и не сказал мне, почему. А еще через неделю или две я понял, что ты снова влюбился.
- Ясно. Сэнди тогда как раз добилась перевода в вулканологическую обсерваторию на Гавайях. На прощание она мне пожелала удачи с «любовью всей моей жизни», как она выразилась, и сказала, что нам было весело и при других обстоятельствах она бы обязательно сделала все, чтобы сохранить отношения, но выдерживать такую чудовищную конкуренцию она не в силах. Когда я ее спросил, что она имеет в виду, она сказала, что со стороны виднее то, на осознание чего мне еще нужно время, но от чего я совершенно точно не откажусь. Она просила передать тебе привет и сказать, что не намерена сражаться с тобой за мое внимание. Я тогда ответил, что мы с тобой друзья, лучшие друзья – но и только, а она рассмеялась и сказала, что дружба, конечно же, есть, но уже не только она. И что как бы нам ни было хорошо вдвоем, я всегда готов сорваться к тебе, а от встреч с ней отказываюсь, не задумываясь. Сэнди сказала, что мы с тобой на одной волне и что она всегда чувствовала себя третьей лишней, пытающейся вклиниться в отношения уже давно сложившейся пары. И что заслужить твое одобрение всегда было сложнее, чем прийти на семейный ужин, чтобы познакомиться с родителями парня.
Закончив упаковывать чемодан, Арно подошел к Валентину, взял его лицо в ладони и, глядя в глаза, договорил:
- Я сначала думал, что она так шутит, но вскоре понял, что нет. Я всегда в первую очередь думал о тебе, всех своих подружек представлял тебе, и мне было важно, что ты о них думаешь. Что, обсуждая с тобой девчонок, закончившиеся отношения и постельные приключения, я уже хочу, чтобы это были отношения с тобой и секс с тобой.
Зрачки Валентина расширились, затопив почти всю радужку. Он притянул Арно к себе и медленно поцеловал.

- Астрап, веди себя прилично. Если мама решит, что я тебя разбаловал, она и тебя, и меня снова воспитывать примется.
Словно бы оценив перспективы, ретривер присмирел и положил голову на колено, всем своим видом показывая, что второго такого пай-мальчика история еще не знала. Арно рассмеялся и потрепал любимца по шее, попутно прикидывая, не забыл ли он чего. Игрушки, поводок, миски, любимую щетку взял, корм мама всегда покупает сама, подстилку упаковал. Даже календарь не забыл: вот она повеселится – теперь все три сына хоть раз, но попали на первые полосы. Что ж, пора спускаться, такси прибудет с минуты на минуту.
- Валентин, давай быстрее. Кстати, а ты уверен, что ехать осматривать квартиру с собакой – хорошая идея?
- Разумеется. Во-первых, у владельца в этом случае не будет потом шанса нам отказать на том основании, что мы его не предупредили о животном. Во-вторых, я не думаю, что осмотр займет слишком много времени, поэтому даже ожидание такси выйдет дешевле, чем сначала ехать на осмотр, а потом возвращаться за Астрапом, чтобы отвезти его к твоей матери.
Оглядев стильно-небрежного Валентина, одевшегося так, что его «было бы не стыдно представить родителям», Арно фыркнул. Раз уж Зараза решил изобразить «приличного и перспективного молодого человека из очень хорошей семьи», то будем играть на контрасте: в конце концов, драгоценная родительница – последний человек в мире, которого можно удивить его безумным видом. А если один слишком умный хирург думает, что намеки проскочили мимо внимания – пусть подумает еще. Спору нет, в классических черных брюках и том самом черном джемпере с золотистыми снежинками, который он одалживал, когда коварно залил вином рубашку, Валентин выглядит таким элегантным, что хоть сейчас на ужин в загородный клуб. Что ж, ладно. Для контраста и намека подойдут черный свитер со снежинками, в котором он встречал Рождество и самые старые джинсы, извлекаемые из гардероба по особо торжественным случаям. Хм, кажется, в прошлый раз они с Астрапом увлеклись погоней за мячиком, чем и воспользовалось парковое ограждение, добавившее на штанину незапланированную потертость. Ну что ж, так даже лучше.
Закончив «наводить красоту», Олененок покрутился перед зеркалом и остался доволен: вытертые джинсы-карго на пару размеров больше, уютный свитер, алые кроссовки с подсветкой, и теплый дутый жилет, подсвеченный наушниками.
- Молодой человек, кто вы такой и как сюда проникли? – подкравшийся Валентин за ухо развернул его к себе лицом.
- Тебе что, не нравится? И почему на «вы»?
- Потому что при первом взгляде на тебя я решил, что здесь внезапно материализовался твой внебрачный племянник или неучтенный младший брат. Кажется, моя фраза про малолетку была пророческой, правда, я тогда имел в виду котенка. Ты выглядишь так, будто сбежал даже не из колледжа, а из старших классов школы. Хочешь, чтобы меня посадили за растление несовершеннолетних?
- Не беспокойся, хорошие врачи везде нужны. Я буду носить тебе передачки и трогательно ждать у ворот тюрьмы, - Арно скорчил самую невинную рожицу, на которую был способен и заглянул в глаза.
- Всегда знал, что не стоило с тобой связываться. Вот прямо с шести лет, - припечатал Валентин и отошел к разоравшемуся телефону. Кажется, такси уже подъехало.
Уже собравшись выходить, Арно бросил последний взгляд в зеркало и шкодливо улыбнулся. Любимые амулеты поверх свитера не наденешь, но это же не повод ничем не подчеркнуть свое прозвище. Быстро нацепив последнюю деталь, он, насвистывая, подхватил сумку и поводок и направился вниз.
Валентин, успевший расстелить одноразовую пеленку для Астрапа, при виде переливающихся оленьих рожек демонстративно закатил глаза.
- Детство играет?
- Мне нравится, - довольно улыбаясь, Арно плюхнулся на сиденье и поманил пса. – И вообще, могу я хотя бы в Рождество оторваться по полной?
- Можно подумать, ты не в Рождество этого не делаешь.
Придд подождал, пока Астрап заскочит на сиденье, закрыл за ним дверцу и, обойдя машину, устроился с другой стороны.
Олененок поймал взгляд своего отражения в зеркале заднего вида и залихватски подмигнул. Шутка удалась на славу – ободок был совсем не виден в волосах и оленьи рога казались естественной деталью. Да, вот просто растут рога на голове – бывает.
- Арно, я все понимаю, но сними их, пожалуйста.
- Ни за что!
- Арно, сейчас мы едем осматривать квартиру и осматривать будем с собакой. Это уже, в ряде случаев, повод отказать нам в сдаче жилья. Далее, ты оделся так, что тебе, без предъявления удостоверения личности, ни в одном баре алкоголь не продадут. И даже если ты...
Арно прижался к губам Валентина, пресекая ненужные нотации. Чуть прикусив напоследок нижнюю губу, он наклонился к его уху, медленно отвел каштановую прядь и тихо зашептал:
- Я далеко не так глуп, как тебе кажется. Полагаю, хозяин квартиры назначит более адекватную цену вчерашнему студенту, а не молодому и, судя по твоему виду, весьма процветающему бизнесмену или перспективному сотруднику солидной корпорации. За мной – адекватность цены, за тобой – гарантия стабильной ее оплаты. Мы удачно дополняем друг друга. А это, - Арно снял с головы ободок, - только для тебя, не волнуйся.
- А также для Астрапа с таксистом и пары сотен прохожих, - восстановив дыхание, съехидничал Валентин.
Скоро они подъехали. Дом находился в районе, где раньше были фабрики и заводы, но производства были либо закрыты совсем, либо перенесены в другие штаты или даже за границу. Огромные здания некоторое время пустовали, а потом из них сделали доходные дома. Не самые дорогие квартиры, достаточно просторные, с большим количеством света, пользовались спросом благодаря недавно сделанному ремонту, превратившему промышленные объекты в жилье, удобной планировке и близости к центру.
Их уже ждали. В холле стоял средних лет мужчина, представившийся Хуаном Суавесом. Они поднялись на последний этаж и оказались в небольшом коридоре.
- Простите, мистер Суавес, - Валентин окинул взглядом коридор. – Мне показалось, что здесь меньше дверей, чем в коридоре первого этажа.
- Так и есть, - кивнул домовладелец. – Дело в том, что последний этаж – это, своего рода, надстройка на крыше основного здания. Здесь раньше располагалось начальство этого производства, так сказать, чтобы далеко не ходить. Поэтому часть крыши свободна. Те квартиры, которые выходят окнами на уличный фасад, по планировке такие же, как и нижние, но квартира, которую мы сейчас осмотрим, отличается. Мои жильцы съезжают через пару недель – у них что-то сорвалось и они попросили продлить аренду на полмесяца, но сейчас квартиру можно осмотреть, я предупредил. В звонке вы упоминали, что вам самим было бы удобнее переехать во второй половине января, так что, если договоримся, то по срокам подходит всем сторонам, не так ли?
- Да, вы правы. Кстати, мистер Суавес, чтобы не было никаких недоразумений – мы специально приехали с собакой. У вас нет возражений против содержания питомцев? – уточнил Валентин.
- Ничуть. Ваш пес достаточно воспитан, чтобы не грызть мебель?
- Не волнуйтесь, Астрап знает, как себя вести – у нынешнего домовладельца к нам никаких претензий, - солнечно улыбнулся Арно. – Если хотите, я могу дать его номер, чтобы вы могли сами в этом убедиться.
- Тогда все в порядке. Можно погладить?
- Конечно. Астрап, сидеть.
- Умный пес, сразу видно, - одобрительно сказал Суавес, потрепав его между ушей. – Лабрадоры напоминают мне мейн-кунов – такие же сообразительные и дружелюбные. Эй, не нужно в меня так носом тыкаться! Все мои кошки дома, здесь только запах.
- У вас кошки?
- Да, моя жена – заводчица. Недавно окотилась наша юная звезда, отец – известный чемпион. Весь прайд едва ли не танцует вокруг выводка, наперебой вылизывают малышей и в очередь становятся, чтоб поухаживать за ними и поиграть.
- Весело у вас. Я правильно понял, что вы разводите как раз мейн-кунов? – поинтересовался Валентин.
- Их, - кивнул Хуан, нажимая кнопку звонка.
Дверь открыла миниатюрная русоволосая девушка, представившаяся Еленой.
- Проходите, проходите. Мы думали, что уже успеем съехать, поэтому тут везде коробки. С другой стороны, почти все наши вещи убраны и видна сама квартира. Хотите чаю?
- Спасибо, не утруждайтесь, - вежливо ответил Валентин, а Арно изобразил самую дружелюбную улыбку. – Мы постараемся не отнимать много времени.
- О, все в порядке. Это вы нас извините. Мистер Суавес был так любезен, что не выгнал нас с вещами. Фирма, которая должна была отремонтировать наш дом, задержалась с выполнением работ и тянула до последнего с известием об этом. Марсель сейчас как раз поехал туда, чтобы посмотреть, много ли еще осталось и не готовы ли хотя бы спальня и ванная, чтобы можно было переехать.
- Очень жаль, что так получилось. Надеюсь, все обойдется и вы скоро сможете справить новоселье, - понимающе кивнул Арно.
- Не буду мешать осмотру, - Елена улыбнулась и отошла к коробкам.
Арно осмотрелся. Просторная квартира, гостиная в которой была совмещена с кухней. Напротив входной двери несколько ступеней, ведущих, судя по всему, в спальню. Рядом с ванной небольшая комната, в которой оборудовали гардеробную.
- Эй, - Арно чуть задел Валентина локтем, - посмотри. Под ступенями можно будет устроить домик для Астрапа – тогда у него будет свое место и он перестанет претендовать на диван.
- Да, удобно. И там он точно будет застрахован от того, что ты в полусне наступишь ему на хвост или на лапу.
- Да ну тебя…
Почти всю стену гостиной занимало большое окно, немного не доходящее до пола. Арно даже прижмурился, представив, как здорово будет сидеть или валяться на широком низком подоконнике, глядя в окно. Нужно будет только набросать подушек – и вот еще один диван!
- Здесь есть балкон?
- Балкон? Где? – Арно подошел поближе и удивленно замер.
- А вот это как раз та особенность, о которой я говорил. Окна этой квартиры выходят не на улицу, а на крышу. Часть этой крыши огорожена и получается своеобразный внутренний дворик. Побегать здесь не удастся, но вынести несколько кресел или пару шезлонгов вполне возможно. Ограждение не даст вашему псу упасть. Получается бюджетный вариант пентхауса.
Арно подошел к окну и осмотрел площадку.
- Если хотите, выйдите и посмотрите поближе, - раздался голос Елены. – Летом там просто чудесно. Мы с Марселем будем немного жалеть об этой террасе. Правда, теперь у нас есть лужайка перед домом.
- Спасибо, если вы не возражаете, мы так и поступим, - кивнул Валентин.
Площадка, действительно, была такой, чтобы там можно было с комфортом разместиться. Арно проверил ограждение – достаточно прочное, чтобы удержать разбежавшегося пса и достаточно высокое, чтобы Астрап понял, что прыгать нельзя.
- Тебе нравится? – Валентин неслышно подошел и посмотрел на открывающийся вид. Не Центральный парк, конечно, но, в общем и целом, достаточно прилично, да и виден кусочек парка, где можно будет гулять.
- Фантастика, - искренне выдохнул Арно. – Вполне просторно для нас обоих, место для пса, даже отдельная гардеробная – не придется делить полки шкафа, тебе – пол-каморки и мне – пол-каморки. А на площадке здорово будет отдыхать. Пара складных кресел, барбекю – слушай, да у нас тут не квартира, а небольшой домик получается! А что по деньгам, ты уже спросил?
- Несколько дороже, чем мы платим сейчас, но, учитывая расположение и характеристики квартиры и то, что оплачивать аренду мы будем вдвоем, вполне приемлемо. На каждого, в итоге, получается примерно три четверти от нынешней платы. Твоя уловка удалась, мистер Суавес сказал, что «вчерашним студентам нелегко вставать на ноги, а молодежи надо помогать», так что даже слегка сбросил.
- Отлично! Ну, что, соглашаемся?
- Думаю, да. Давай только сначала спальню и ванную осмотрим.
- Перестраховщик.
- Знаешь, квартира, действительно, хорошая. Я бы предпочел остаться в ней вплоть до того дня, когда мы сможем позволить себе собственное жилье. Поэтому мне бы не хотелось, въехав, смазать впечатление от нее какой-нибудь мелочью, которую мы пропустили по собственной невнимательности. И искать потом новую квартиру. С тобой и собакой. Другое дело, когда известны все плюсы и минусы и можно заранее к ним подготовиться.
- Понятно, пошли.
Основное пространство спальни занимала удобная двуспальная кровать, низкая и широкая. Скользящая раздвижная дверь не мешала и открывалась легко и бесшумно.
- А, самое главное, такую дверь проблемно поддеть носом и прокрасться к кровати, - прокомментировал Валентин.
Свет попадал в спальню из окна-колодца, расположенного напротив кровати, над длинным широким столом, где, не мешая друг другу, они вполне могли разместиться вдвоем.
- Ну вот, здесь есть, где устроится с ноутом и до кровати ползти недалеко. И свои справочники расставишь.
- Да, это удобно. Что ж, нас все устраивает, мистер Суавес, полагаю, мы можем больше не докучать мисс Елене. Спасибо, что согласились уделить нам время, мисс, счастливого Нового Года и удачного новоселья.
- Спасибо! И мне было совсем несложно – напротив, с этой квартирой связано столько хороших воспоминаний и я очень рада тому, что новые жильцы будут так же ее любить, как и мы.
- Не сомневайтесь, мисс, - рассмеялся Арно, протягивая девушке расписной елочный шар, - мы будем о ней заботиться.

Попрощавшись с домовладельцем и договорившись подъехать для подписания договора после отпуска, они вернулись в машину.
- Астрап, на пеленку, - скомандовал Валентин,
- Да он и сам способен сообразить, зачем здесь подстилка, - заступился за приятеля Арно, плюхаясь на середину сиденья и доставая рожки. – И вообще, хватит командовать. Он и лапы-то промочить не успел.
- Порядок есть порядок, - Валентин сел с другой стороны, словно бы невзначай прижимаясь и поглаживая колено.

Особняк встретил их сиянием огней, запахом коричных булочек, марципана, имбирных пряников и глинтвейна. Увидевший знакомые с детства кварталы Астрап радостно залаял, заелозил по сидению и уткнулся носом в стекло, видимо, надеясь продавить его и добежать своим ходом.
- Надо же, - рассмеялся Арно, - не забыл, на какой лужайке вырос!
- А почему он должен забывать? Ты только год, как от родителей съехал.
Пока они расплачивались с таксистом, Астрап вырвался из салона и, победно гавкнув, запрыгнул в сугроб, не иначе, собранный садовником специально к их приезду. На шум на крыльцо вышла мама, как всегда роскошно-небрежная в бархатных шароварах, струящейся тунике, перехваченной массивным ремнем на бедрах и меховом жилете. А украшения она надела те самые, привезенные из круиза. Арно вспомнил, как полдня бродил по ювелирным лавкам, выискивая что-то особенное – при его нелюбви к шопингу это было сродни подвигу – пока, наконец, не нашел этот комплект из серебра. Массивные браслеты, серьги, перстни и подвеска на затейливой цепи с кораллами, бирюзой, жемчугом и нефритами в арабском стиле совершенно очаровали Олененка и он тут же купил их, не сомневаясь, что матери они пойдут. Арлетте, действительно, понравился подарок, она даже вдохновилась на создание серии украшений, которые мгновенно были раскуплены самыми продвинутыми модницами Нью-Йорка.
Арно улыбнулся – мало кто верил ему с первого раза, когда он представлял маму, настолько молодой она выглядела. Пару месяцев назад, когда он без предупреждения приехал ее навестить, она гуляла в сквере и он отправился туда, чтобы встретить. Расшалившись, подкрался сзади и закрыл ей глаза ладонями, а недавно переехавший в их район мужчина это увидел. Как же он тогда возмущался! Громко выговаривал то Арно, называя его жиголо, охотящимся за состоятельными женщинами старше себя, то Арлетте, за то, что она, уважаемая в обществе дама, в отсутствие мужа прилюдно поощряет мальчишку, готовая оплачивать его внимание. Послушав некоторое время пафосные речи, мама, не выдержав, фыркнула и сказала, что видимо, ей следует счесть подобные слова комплиментом, после чего развернулась и ушла, подхватив Арно под руку. Как потом рассказали соседи, этот господин был ужасно недоволен таким оскорблением морали, а потом не знал, куда деваться от стыда, когда ему объяснили, что «жиголо» - на самом деле ее младший сын.
Второй причиной неверия была мамина профессия – люди спокойно воспринимали дам-модельеров, но невероятно удивлялись, когда выяснялось, что хрупкая женщина – самый настоящий ювелир. Много лет мама работала ведущим дизайнером в крупном ювелирном доме, но с каждым годом бюрократии становилось все больше, а времени и сил для творчества оставалось все меньше. В итоге, к своему пятидесятилетию Арлетта сделала себе подарок, уйдя из компании и став свободным художником, работающим исключительно с драгоценными и полудрагоценными камнями, золотом, серебром и платиной. К тому времени у нее уже было имя и многие клиенты дома предпочли иметь дело с ней, заказывая украшения по индивидуальным эскизам, а время от времени Арлетта делала коллекции без предварительного заказа и они каждый раз пользовались успехом.
- Здравствуй, дорогой. – Арлетта обняла сына и поцеловала в щеку. – Ты выглядишь… празднично.
- Спасибо, мам, я старался.
- Я вижу, милый, ты просто-таки светишься, видимо, от счастья. Здравствуй, Валентин.
- Добрый вечер, мадам Савиньяк, - Валентин улыбнулся и церемонно поцеловал ее руку. Он знал, что Арлетте больше нравится французское обращение и что мама Арно неодобрительно относится к тому, что в современной Европе так активно стараются стереть все различия между полами, доходя порой до абсурда.
- Идемте в дом, глинтвейн готов и выпечка тоже ждет. Без имбирных пряников и Рождество – не Рождество, не так ли?
Загнав Астрапа в дом, Арно занес и собачье приданое, после чего отправился в гостиную, на ходу доставая календарь из рюкзака.
- Мам, это тебе. Можешь сразу на июле открыть.
- Наслышана. Что ж, оценим, из-за чего столько шума. – Арлетта пролистала календарь и улыбнулась. – Отличное фото, дорогой! Кстати, Лионель уже звонил и просил передать, что если ты захочешь сменить род занятий, то у него есть на примете несколько серьезных предложений.
- Да, да, обязательно, - кивнул Арно. – Вот как только окончательно рехнусь, так сразу и сменю свою работу на карьеру фотомодели.
- Верю, Арно. Я только передала, а как тебе жить, решай сам.
Звонок телефона отвлек Арлетту и она ушла в кабинет, унося календарь.
- Ты слышал? – Олененок куснул Валентина за шею. – Нас, можно сказать, только что благословили.
- Думаю, твоя мать имела в виду твою профессиональную деятельность, а не личную жизнь.
- А в мою личную жизнь родители никогда не вмешивались, - уже в поцелуй прошептал Арно.
Увлекшись, они не расслышали легкие шаги.
- Кхм… Арно. Ты не мог бы… отвлечься?
Арно отпустил Валентина и уселся рядом, почувствовав, как против воли кончики ушей начинают гореть.
- Звонил отец. Он передавал всем приветы и сообщал, что исследования идут полным ходом, а также прислал записи северного сияния, которые засняли как раз в рождественскую ночь. Очень красиво.
Олененок кивнул. Отец был исследователем-полярником, часто отсутствовал по полгода.
- Мадам Савиньяк, я могу объяснить…
- Валентин, я вполне способна отличить дружеские объятия от… иных. Не могу сказать, что испытываю искреннюю радость по этому поводу, но вы уже взрослые и не мне указывать вам, как жить. Однако, если вас не затруднит, соблюдайте правила приличия.
- Да, мама.
- Да, мадам Савиньяк.
- Хорошо. А вот и глинтвейн.
Арно выдохнул. Легко отделались. Когда десять лет назад Лионель привел в дом любовника и представил его матери, было куда хуже. Мама никогда не опускалась до скандалов и криков, но после этого она месяц разговаривала с Лионелем подчеркнуто-официальным тоном. Потом было много всего – Ли и ругался с ней, и скрывал отношения, и разговаривать пытался неоднократно, но мама смирилась только через семь лет. А на восьмой братец неожиданно возьми, да и влюбись в какую-то очередную девчонку «с обложки». Мама тогда только плечами пожала и сказала, что ничего другого она от «вашего модельного мира» и не ожидала.
С самого утра Арно делал все, чтобы Валентин не заметил, как он боялся, что мать оттолкнет и осудит и их тоже. Арно делалось плохо при одной лишь мысли, что больше нельзя будет позвать Валентина в гости, подняться вместе в его старую комнату и вспомнить детство, просидев весь день за старой компьютерной приставкой. Но, кажется, пронесло. Мама, конечно, не так счастлива, как в тот день, когда Эмиль прислал ей по электронной почте фотографию своей невесты, но все-таки любит Валентина и не собирается выставлять их из дома.
Поцелуй Арно тоже спровоцировал нарочно. Этому его всегда учил отец – от опасности нельзя прятаться, нужно идти ей навстречу. А Эмиль добавлял: «Ожидание казни хуже самой казни».

Они просидели так около часа, вспоминая детские проделки и делясь планами на будущее. Маме понравилось описание новой квартиры и Арно пригласил ее побывать в гостях после переезда.
Потом они еще час бегали наперегонки с Астрапом по мягкому снегу, перебрасываясь снежками, а Арлетта сидела на веранде, закутавшись в плед и потягивая подогретое вино.
****
- Валентин, просыпайся.
Тихий шепот и теплая ладонь на плече. Валентин сонно потянулся за поцелуем. Прикосновение мягких губ только усилило желание остаться в кровати и никуда не идти. Вчера они так устали, что едва вернувшись в квартиру, доползли до кровати и заснули. Вопреки уже сложившемуся обычаю, Арно перед сном даже не острил, не вредничал и не устраивал из постели поле боя. Он просто прижался, крепко обнял, поцеловал в плечо и так пролежал молча почти час. А потом провалился в сон. Валентин знал, почему. Он и сам наблюдал, как мадам Савиньяк реагировала на романы Лионеля и опасался того же. Однако первое препятствие пройдено без особого труда. Дальше будет хуже. Маме все равно, она росла в семье со свободными, на взгляд Валентина, даже излишне свободными, нравами. Но вот его собственный отец и отец Арно... Впрочем, об этом можно подумать и после отпуска.
Арно отстранился и зарылся ладонью в волосы. Любимая и уже ставшая привычной ласка.
Валентин открыл глаза и быстро заморгал. Без привычного сопения и лая Астрапа в квартире как-то пусто. Яркий солнечный свет неприятно бил в глаза. Стоп. Солнечный свет?!
- Арно! Который час?
- Успокойся, - улыбнулся Савиньяк. – Я уже все сделал, общие вещи собрал, такси вызвал, все электричество в квартире отключил. Тебе осталось только проснуться, позавтракать и одеться.
Валентин промолчал и улыбнулся. Позаботиться о нем в критическую минуту Арно умел всегда, но такие ежедневные мелочи согревали не меньше.
- Как тебе удалось меня не разбудить? – Валентин сел, скрестив ноги, взял из рук Арно горячую кружку и плитку любимого шоколада с мятой и солью. В душ можно и потом, сейчас здесь слишком хорошо.
- Ну, как, - уже полностью одетый Савиньяк тоже забрался на кровать, устроился рядом, отломил себе кусочек плитки и продолжил перебирать спутанные со сна пряди. - Я все утро ходил на цыпочках, как настоящая балерина. И обложил всю квартиру матрасами. Ладно, не смотри на меня так скептически, я просто дверь за собой закрыл.
Валентин улыбнулся, поднес кружку к губам, отпил и прижмурился.
- М-м-м, отличное какао, Арно. Правда, теперь будет несколько затруднительно проснуться – оно, вообще-то, очень расслабляет.
- Я просто подумал – ты озвереешь без хорошего кофе за десять дней, вот и решил еще раз попытаться приучить тебя к альтернативным вариантам. А на месте я поищу для тебя приличную кофейню.
- Получилось почти идеально. И насчет кофейни мысль прекрасная – не думай, что я забуду.
- Я рад, что ваше высочество довольно, - громко фыркнул Арно и потерся носом о плечо.
- Вполне, вполне. Пожалуй, массовые казни на сегодня отменяются.
- И я даже в отпуске умудрился кого-то ненароком спасти.
- Таков твой тяжкий крест, ничего не поделаешь.
Арно спрыгнул с постели.
- Заканчивай завтрак и собирайся, ладно? Я проверю все еще раз. Кстати, места в самолете я нам забронировал, в ряду два кресла. За труды требую места у иллюминатора.
- Оно и так всегда твое, - улыбнулся Валентин, сгрыз последний кусочек шоколадки и вздохнул.
У Арно наверняка имеется стратегический запас, так что страдать недолго, но все равно обидно.
- Да, - уже на пороге комнаты кивнул Савиньяк, – взял я с собой твои шоколадки. На весь отпуск хватит, не горюй.

- Взлетаем! – радостно толкнул его локтем Арно. – Смотри!
Валентин чуть наклонился вперед, с удовольствием наблюдая, как суетливый Нью-Йорк остается вдалеке.
- Когда мы будем возвращаться, будет еще лучше, у нас ночной рейс, увидим иллюминацию.
- Я так устал, - тихо пожаловался Арно, откинувшись на спинку. – Не год, а какой-то дурдом. Но самое ужасное, что это мой любимый дурдом.
- Честно говоря, когда ты на предпоследнем курсе перешел в школу пожарных, половина университета думала, что ты лишился рассудка.
- Я и сам так думал, - тепло улыбнулся Арно. – Знаешь, я ведь еще на втором курсе понял, что медицина – это не мое.
- Я тебе говорил об этом еще до поступления.
- Я не понимал, куда хочу и пошел вместе с тобой. Мы же всегда хотели вместе быть героями, спасать людей, помнишь? А куда идти будущему герою? Ясное дело – в хирургию. Только я не умею, как ты – ты спокойный. А я психую. Куда мне операции проводить, я ж пациента тем скальпелем просто прирежу. А на аппаратах потом еще и поджарю.
- Хирургия тебе, действительно, не подходит, - кивнул Валентин. – Но и я бы не мог, как ты. Если в том фильме показали правду, я не понимаю, как ты еще не сошел с ума или не очерствел окончательно. Я уже и не спрашиваю, как тебе смелости хватает лезть в это пекло.
- Зато я в аду буду, как дома, а рай мне все равно не светит, - усмехнулся Арно. – На самом деле, в фильме, конечно, слегка драматизируют. У нас, как и у вас, рутины тоже хватает – отчеты, дежурства, ложные вызовы. Знаешь, кого я больше всего ненавижу?
- Симулянтов?
- Да. Ты понимаешь, - Арно нервно передернул плечами и нахмурился. – Вот звонит такой очередной мерзавец и орет дежурной, что у него дом горит, и он ранен из пяти автоматов разом и вообще уже давно умер. Выезжаем, спешим на место, и что? Взрослый бородатый мужик спьяну палец порезал. Кран дома сломался. У младенца, цитирую, «сопельки», спасите-помогите! А за то время, пока мы к этим дуракам едем, пока обратно – кто-то на самом деле лежит под обломками, не может выбраться из горящей машины или что-то еще. И из-за одного такого паникера-симулянта ежедневно кто-то умирает. А меня бесит бессилие! – Арно сжал кулаки. – Я же ничего сделать не могу, понимаешь, Валентин? Ничего! Нам передали вызов – мы обязаны ехать. И всякий раз, уезжая от такого дурака, только молишься, чтоб успеть помочь следующему, чтобы спасти, не опоздать, не обнаружить, приехав, под руинами обгоревший труп. А у нас даже времени нет объяснять каждому, что с «сопельками» надо с утра к врачу идти, порезанный пальчик можно пластырем заклеить, а кран чинят водопроводчики.
- Понимаю, - медленно кивнул Валентин и крепко сжал его плечо.
Именно по этой причине он в свое время отказался от работы на скорой. Таких симулянтов слишком много, а те, кому вовремя не оказали из-за них помощь, снятся потом тебе, не им.
- Прости, что загрузил, - Арно чуть улыбнулся. – Достало все.
- Знаю. Лететь еще примерно час, ты не хочешь поспать? Ты очень плохо спал ночью, да еще и вскочил черт знает во сколько.
- Хочу, - Арно благодарно опустил голову ему на плечо и уютно прижался. – Кстати, я тебе забыл сказать – я с утра купил игру «Правда или действие?», думаю, развлечемся вечером в отеле. Хотя я уж не представляю, чего ты обо мне не знаешь.
- Как и ты обо мне, - Валентин улыбнулся.
Отличная идея, Арно. Развлечемся, обязательно. Ты даже не представляешь, как весело нам будет. Но только не сегодня.

- Наконец-то! – Арно сбросил кроссовки, рухнул на огромную двуспальную кровать и тут же включил кондиционер. – Я думал, что по дороге до отеля заживо испекусь! Ну и жарища!
- Да, погода великолепная, - Валентин присел рядом, скидывая ботинки.
Комната была не слишком большой, но удобной. Большая двуспальная кровать, напротив комод с плазменным телевизором, слева от кровати окно с видом на океан, а справа – выход в небольшую прихожую и ванную.
- Я в ванную, - Арно вскочил и принялся копаться в чемодане в поисках плавок. – Потом сразу идем купаться!
- Как скажешь, - Валентин улыбнулся.
После утомительной дороги и южного пекла забраться в прохладную воду хотелось до невозможности. А собственно, почему бы и нет? Тем более, что им досталась комната с ванной, а не с душевой кабиной. Неожиданно, но удачно. Он быстро разделся, вытащил собственные плавки и вежливо постучал в незапертую дверь.
- Я еще даже не залез! – возмущенный Арно распахнул дверь и тут же настороженно замер. – Что тебе?
- Соскучился по твоему прекрасному обществу, - усмехнулся Валентин и провел раскрытой ладонью по обнаженному животу Арно. – Кроме того, ты обычно столько плещешься даже в душе, что я там успею состариться. Так что изволь потесниться.
Арно понимающе улыбнулся и посторонился, впуская Валентина внутрь и запирая дверь.
- Позволь поинтересоваться, - Валентин снял белье, забрался в ванну и повернулся к Арно. – У нас имеется неучтенный попутчик? Ты спрятал в чемодан Астрапа?
- Что?
- Сформулирую проще, - смилостивился Валентин. – От кого ты запер дверь? Ты ожидаешь гостей? Смею напомнить, что дверь номера заперта, ключ в замочной скважине, снаружи висит табличка «Не беспокоить», так что неожиданным визитом горничной можешь не оправдываться.
- Ах, вот ты о чем, - Арно улыбнулся, влез следом, крепко обнял со спины и принялся целовать и покусывать плечи. – Если вас, врачей, этому не учат, то имею честь тебе сообщить: замки предназначены не только для того, чтобы не впускать кого-то внутрь, но и для того, чтобы кое-кого слишком резвого отсюда не выпустить.
- Ты столь низкого мнения о собственных умениях, что ожидаешь моего панического бегства? – удивился Валентин.
Арно ничего не ответил, только развернул его к себе лицом и глубоко поцеловал. Валентин не успел выдохнуть, как почувствовал, что Арно опустил руку и ласкает одновременно и себя, и его. Странно смущаться после всего, что между ними уже было, но Валентин вдруг почувствовал, как лицо обдало жаром. Ласкать друг друга – нормально, правильно, привычно, но это... Со стороны это выглядело невинней всего, чем они занимались прежде, но Валентин горел и сам не понимал, от чего – от смущения, от желания, от разгорающейся страсти, от... новой, иной близости?

- Ты в порядке? – Арно ласково погладил затылок, которым Валентин в минуту пика в ванной приложился о стенку.
- Жить буду, - улыбнулся Валентин. – Ты...
- Ты сам предложил эту игру, - Арно поднялся с кровати. – Ты же не думал, что она будет вестись в одни ворота, правда?
- Более того, - Валентин затянул завязки на плавках и подошел к нему ближе. – Я был бы искренне разочарован, если бы ты ее не подхватил.
- Пошли! - Арно встряхнул еще влажными волосами.
- Полотенца выдаются на пляже, ключи от номера сдаются администратору. Полагаю, можно ничего с собой не брать.
- Ты оставишь в номере телефон? – удивился Арно. – Ты же с ним никогда не расстаешься!
- У меня отпуск. Законный и заслуженный. И я не хочу слышать никого, кроме тебя.
Валентин отключил звук у обоих мобильников, забросил их вместе с деньгами и документами во встроенный в шкаф сейф с шифром и последовал за Арно.

- Спасатели – один, врачи – ноль! – радостно завопил Арно, с разбега плюхнувшись в волны. – Я тебя обогнал!
- Ладно, признаю, - Валентин подгреб к нему и попытался отдышаться. – Я потерял форму. Надо наверстывать. Раньше мы шли на равных.
- Хочешь, вернемся домой и будем бегать по утрам? Заодно и с Астрапом будем гулять вместе.
- Пожалуй, - согласился Валентин. – А сейчас давай проверим, как у тебя с плаванием?
- На время? – Арно кивнул на свои водонепроницаемые часы. – Заплыв на десять минут?
- Для начала сойдет, - Валентин с удовольствием окунулся с головой и сразу же вынырнул. – Ставь таймер.

- Я вырубаюсь, - сонно пробормотал Арно, едва коснувшись щекой подушки. – Давай поиграем завтра?
- Я тоже, - Валентин широко зевнул. – День оказался очень насыщенным, так что отключайся с чистой совестью.
Сборы с утра, перелет, почти три часа в океане, обед, долгая прогулка по самому отелю и окрестностям и ночной часовой заплыв. Неудивительно, что Арно чуть не уснул уже по дороге. Валентин и сам устал. Ничего, впереди еще девять дней, времени хватит и для бурного веселья и для спокойного ленивого отдыха, который уже давно нужен им обоим. Он легко поцеловал уже задремавшего Арно и прикрыл глаза. Хотелось подумать, что так уютно ему было никогда, но мимолетная мысль оказалась бы ложью. Было. С шести лет было именно так – уютно, тепло и надежно. И только в самой глубине души приятно щекотало предчувствие новых необычайных приключений, фантазия на которые у Арно не иссякала никогда.

Окончание в комментариях


Вопрос: Понравился фик?
1. Да  0  (0%)
2. Нет  0  (0%)
3. Ну, хоть рецептик новый узнали...  0  (0%)
4. А картинки зачем?  0  (0%)
5. Хочу продолжение  0  (0%)
6. Пиши еще!  0  (0%)
7. Работай - и рано или поздно напишешь что-нибудь стоящее  0  (0%)
Всего: 0
Всего проголосовало: 0

@темы: фанфики, приддоньяк, картинки, ОЭ, Вечная игра

URL
Комментарии
2016-05-10 в 20:09 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:13 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:17 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:19 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:20 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:22 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:24 

читать дальше

URL
2016-05-10 в 20:25 

читать дальше

URL
2016-05-11 в 16:38 

freir
"Только у нас - патентованные капли Валентинин от излишней горячности и несдержанности"
:inlove:
*выдохнула*
Это чудесно

2016-05-12 в 10:34 

freir, дышите глубже и ровнее. :sunny::kiss::flower:

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Из глубин. Сердца

главная